В конце марта Ирина Остафьева разместила «в одном из приложений для мам» объявление о благотворительной акции. «У нас очень много брошенных, отказничков, в больнице не выделяется достаточно средств. С удовольствием и благодарностью приму вещи, игрушки, памперсы, лекарства для деток от первого дня жизни до года», – написала Остафьева, впоследствии указав, что лекарства все же не нужны.

Это не понравилось руководству больницы.

«Меня в приказном порядке вызвали на работу. На встрече были главная медсестра и юрист, они говорили, что я опозорила больницу, нанесла урон репутации. Мне сказали, что учреждение не нуждается ни в памперсах, ни в салфетках, ни в одежде, ни в лекарствах. Но я-то работаю в отделении и вижу, что есть всегда, а что периодически заканчивается. Затем мне сказали: «Пиши по собственному, иначе мы подадим на тебя в суд». И я уволилась», – рассказала Остафьева РИА «Новости».

Остафьева призналась, что допустила неточность в своем объявлении, назвав новорожденных, для которых собирала помощь, отказниками. В действительности в больнице их бывает не более 12 в год, а речь шла о тех, чьи родители находятся далеко либо редко посещают детей.

Собранные вещи она передала одному из местных домов ребенка. Руководство ОДКБ №1 направило в полицию заявление о мошенничестве и краже – якобы медсестра продавала закупленные для пациентов пустышки через то же приложение для мам. Сама Остафьева эти обвинения отрицает. 

Полиция не обнаружила в случившемся состава преступления. При этом в самой больнице утверждают, что дело не было возбуждено, так как заявитель, то есть ОДКБ №1, не установил сумму нанесенного Остафьевой ущерба.

«Когда мы подавали заявление, мы еще не рассчитали сумму убытка. Для того чтобы ее установить, нужно провести инвентаризацию. Это процесс, который занимает длительное время. Но без точной суммы ущерба определить, есть ли состав преступления или нет, полицейские не могут», – рассказала екатеринбургскому изданию «E1» начальник юридического отдела ОДКБ №1.