Об этом сообщается в официальном Twitter-аккаунте Астахова.

Этот вопрос уполномоченный по правам ребенка собирается поднять в связи со смертью девочки Аминат, которая страдала от онкологического заболевания. «Сегодня ночью умерла девочка Аминат, приехавшая с мамой в Москву из Дагестана. Она страдала от страшной болезни, и все наши усилия не помогли», – написал Астахов в Twitter.

Некоторое время назад Аминат вместе с матерью приехала из Дагестана  приехала для госпитализации в Российский онкологический центр им. Н.Н. Блохина. По результатам биопсии врачи сделали вывод, что лечение Аминат не поможет, после чего девочку выписали. Она осталась жить с матерью в Москве на съемной квартире.

Как пишет в своем Facebook-аккаунте менеджер Детской программы фонда помощи хосписам «Вера» Лидия Мониава, к которой обратилась за помощью мать больной девочки, в субботу, 11 апреля, у Аминат начались сильные боли. В понедельник мать поставила ее на учет в местной поликлинике, где ей предложили госпитализировать девочку. Однако заведующий Центра паллиативной помощи НПЦ отказался принимать у себя ребенка с временной регистрацией, так как НПЦ оказывает помощь только москвичам. В Морозовской больнице, куда увезли Аминат после вызова скорой помощи, девочке дали обезболивающее Трамал, которое, как пишет Мониава, ей не помогло.

Сотрудники фонда «Вера» обратились на открытую в апреле «горячую линию» Росздранадзора. В ведомстве направили заявку в Департамент здравоохранения Москвы, однако из-за большого числа согласований и проволочек сильнодействующее обезболивающее (морфин) Аминат смогла получить только в среду вечером.

Следственный комитет пообещал, что в связи с произошедшим будет проведена проверка. Кроме того, вопрос об обеспечении онкобольных необходимыми обезболивающими поднимался в тот же день в ходе прямой линии с президентом России Владимиром Путиным.

Ранее Минздрав РФ сообщил, что адекватное обезболивание в России получают только 8,8% онкобольных.