Коллегия присяжных вынесла оправдательный вердикт 10 декабря. На сегодняшнем заседании гособвинитель и сторона защиты просили на основе этого решения вынести оправдательный приговор.

«Следственный комитет уважительно относится к мнению и позиции медицинского сообщества. Однако, расследуя подобные происшествия, следователь в первую очередь опирается на факты, на заключения экспертов и соответствующих специалистов, которые также являются частью медицинского сообщества. Прежде всего следователь заинтересован в установлении истины. И этот трагический случай гибели ребенка не исключение. Состоятельность версии следствия основывалась исключительно на доподлинно установленных фактах», – отметили в СК.

Среди этих фактов в ведомстве назвали «выводы ряда судебных экспертиз, которые проводились с привлечением главного неонатолога Минздрава, токсиколога, анестезиолога-реаниматолога и других специалистов».

«Следствие установило, что смертельная доза сульфата магния не могла попасть в организм ребенка с другими препаратами. Сульфат магния, в 20 раз превышавший допустимые значения для взрослого человека, был введен живому ребенку внутривенно непосредственно перед наступлением его смерти», – подчеркнули в СК, добавив, что есть «объективные доказательства того, что в историю родов были внесены заведомо ложные сведения о том, что ребенок родился мертвым».

В ведомстве сообщили, что следователями была «тщательно изучена и проанализирована видеозапись проведенного под руководством Белой совещания». «Согласно позиции следствия, эта запись также свидетельствовала о намеренности манипуляций с ребенком, вызвавших его смерть. И цель тому, как бы кощунственно это ни звучало, – избежать ухудшения показателей статистики в медучреждении. И что важно: свидетели стороны обвинения, среди которых и сотрудники того же роддома, подтвердили свои показания и в судебном заседании», – пояснили в СК.

В ведомстве рассказали, что, начиная с этапа предварительного следствия, «в ряде открытых источников неоднократно предпринимались попытки дать оценку обстоятельствам смерти ребенка и представить факт расследования неким негативным прецедентом».

«Порой в некоторых из таких материалов прослеживалось отсутствие достаточной осведомленности о фактических обстоятельствах происшествия, а иногда намеренно искажались полученные следствием доказательства, содержащиеся в материалах уголовного дела. Причем такая активность, очевидно направленная на спекуляцию общественным мнением, отмечалась и на протяжении всего судебного процесса, вплоть до его завершающего этапа», – отметили в СК.

Расследование происшествий в медицинской сфере, убеждены в ведомстве, всегда «представляет большую сложность и требует значительного времени и детального анализа». «Следователи предельно тщательно отработали все возможные версии случившегося, исключая поспешность в решениях. Но, к сожалению, эмоциональные оценки, по-видимому, стали преобладающими над юридически установленными фактами и выводами экспертов», – заключили в СК РФ.

Во время расследования и судебного следствия в защиту Элины Сушкевич и Елены Белой неоднократно выступал глава Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль. Например, он предлагал уволить следователей по делу и заявлял, что председателя Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина «подставили» его подчиненные, предоставив ему сведения о «жизнеспособности» погибшего ребенка.

Подробнее о деле Сушкевич и Белой – в сюжете Vademecum.