ПОДПИСАТЬСЯ НА ОБНОВЛЕНИЯ

Нажимая на кнопку «подписаться», вы даете согласие на обработку персональных даных.

21 Августа, 13:23
21 Августа, 13:23
59,36 руб
69,72 руб

«Если ты твердо решил стать врачом, за это надо платить»

Алексей Каменский
15 Декабря 2016, 11:31
3696
Йонг-Су Мун Фото: Национальная организация туризма Кореи
Президент одного из крупнейших госпиталей Кореи – о том, почему даже сами корейцы не могут бесплатно ни выучиться, ни вылечиться
Лицо корейской медицины сурово. Бесплатное медицинское образование доступно только горстке отличников. Бесплатное лечение – вообще никому. Традиционные врачи недолюбливают представителей европейской школы, те отвечают коллегам взаимностью, а принимать решение, к какому лагерю примкнуть, студенту приходится в самом начале обучения. Между тем южнокорейские медики за последние 20 лет сделали серьезный рывок, а госпитали всеми правдами и неправдами заманивают иностранных пациентов. Чтобы поставить это дело на поток, президент больницы «Хеунде Бек» Йонг-Су Мун приехал на переговоры с крупным российским медстраховщиком о включении в страховое покрытие возможности лечиться в Корее. Мун рассказал Vademecum, какие механизмы помогают корейским врачам расти.

– Мы очень мало знаем о корейской медицине. Кто у вас главный игрок – государство, частный бизнес? Кому принадлежит ваш госпиталь?

Хотя у нас есть и государственные лечебные заведения, частных подавляющее большинство. Но тут главное не форма собственности. Основа корейской медицины больницы при медицинских университетах, неважно, частных или национальных. Наша больница, например, существует при Университете Инчже.

– А кто ее создал? Кто деньги вкладывал?

Изначально был Университет Инчже. Это частное учебное заведение, его основал в 1932 году врач‑хирург Бек Инчже (Paik In‑Je), это очень известный человек. Университет частный, соответственно, и наша больница – частная. Всего в структуру университета входит пять больниц. Наша – в Пусане, это второй по размеру город Кореи, здесь есть несколько очень крупных университетов, один из них – Инчже. Средства на создание больниц выделял университет. Однако все больницы – некоммерческие организации, они не имеют права получать прибыль, поэтому доходы могут только циркулировать внутри системы «университет – больницы». Это не какая‑то уникальная схема, в Корее большинство больниц при университетах именно так и работают. Еще примеры – Больница Сеульского университета, Система охраны здоровья при Университете Ёнсе (Yonsei University Health System).

– У нас университеты обычно не зарабатывают таких денег, чтобы построить больницу. А у вас? Студенты много платят?

– У нас все университеты платные, будущему врачу обучение стоит примерно $10 тысяч в год. Но не надо говорить, что больницы строятся на деньги студентов. У нас это были средства основателя – Бека Инчже.

– Бесплатных медицинских вузов вообще нет?

– Платить надо всюду. Но есть разница в стоимости: примерно 30% студентов получают от государства или учебного заведения стипендию, которая покрывает часть стоимости обучения. Стипендию могут дать беднякам, инвалидам, за учебу, за заслуги перед государством. 10% студентов учатся вообще бесплатно: для этого нужно добиться на экзаменах действительно блестящих результатов.

– А есть страны с бесплатным медицинским образованием – например, Германия.

– Не знаю про Германию, но в Корее другая система. Если ты твердо решил стать врачом, за это надо платить. И это нормально: корейская система хороша тем, что, если у тебя сейчас нет денег, а тебе действительно очень хочется стать врачом, ты можешь получить государственный заем и отдавать его, когда начнешь работать.

– Когда же этот момент наступит? Я слышал, что в Корее врачи очень долго учатся. Вы, например, сколько учились?

– Шесть лет в университете, четыре года в ординатуре (если собираешься стать не только врачом, но и профессором в университете, эти этапы обязательны). Потом еще два года стипендиальной программы, а затем – обязательная стажировка за границей в течение одного‑двух лет. 90% наших врачей едут учиться в Америку, но я отправился в Японию, потому что занимался направлением «эндоскопия», а в Японии она тогда была на более высоком уровне, чем в США. Но сейчас уровень эндоскопии в Японии и Корее примерно одинаковый, а Америка, я считаю, даже немного отстает. Вообще, мне кажется, по сравнению с тем, что было 10 лет назад, уровень преподавания медицины в корейских университетах очень повысился.

– То есть теперь можно было бы и не ехать учиться за границу?

– Изучать эндоскопию теперь можно и в самой Корее. У нас также на очень высоком уровне трансплантология и замена суставов. А в Америку надо ехать за другими знаниями. В частности, у них очень хорошо поставлены исследования на животных, там есть чему поучиться.

– Менять суставы вы у кого учились?

– Изначально учились у Америки – там была лучше ситуация с компонентами, «запчастями». Но по самой технике операции мы уже давно на хорошем уровне.

– После всей этой подготовки сколько зарабатывает врач в Корее?

– Сравнительно низкая зарплата врача – это один из способов экономии для медицины. Хороший университетский врач у нас зарабатывает примерно $10 тысяч в месяц. Его коллега в Америке может, в зависимости от каких‑то особенностей своей работы, получать и $20 тысяч, и $30 тысяч. Профессор, обладающий особыми заслугами, может зарабатывать и $100 тысяч в месяц, это все очень индивидуально. Но в среднем в США зарплаты врачей в два‑три раза выше, чем в Корее.

– Многие ли уезжают работать в Америку, раз там такие условия?

– Почти все врачи остаются в Корее, ведь в США придется заново получать лицензию: иностранный гражданин должен доказать, что соответствует американским требованиям. Раньше многие уезжали – в США еще со времен войны во Вьетнаме была нехватка врачей, и они охотно принимали специалистов из‑за рубежа. Теперь наоборот – всячески ограничивают въезд и работу иностранных врачей.

– Еще какие‑то меры, помимо заграничных стажировок, государство принимает в поддержку медицины?

– В последние годы очень увеличились государственные затраты на проведение исследований в различных областях медицины. Отталкиваясь от этих исследований, можно совершенствовать качество проведения операций, развивать новые технологии лечения.

– У вас изменили систему страхования, сократили количество игроков?

– Раньше было много компаний, занимающихся медицинским страхованием, но с 2000 года оставили всего одну, которая, по договоренности с медицинскими операторами, определяет цены на все услуги.

– Каковы результаты?

– Важно, что у граждан сильно уменьшились затраты на лечение, ведь сейчас медицинским страхованием охвачены все. Но вообще говорить об эффекте реформы сложно, у людей может быть разное мнение на этот счет. Дело в том, что за любую медицинскую услугу гражданам приходится доплачивать, у нас нет ничего абсолютно бесплатного. У тебя страховка, но если ты попадешь в больницу, то 10% расходов на лечение должен компенсировать сам. Если тяжелое заболевание – онкологическое, например, – то 5%.

– Отличный способ убедить граждан поменьше ходить к врачу. А страховка покрывает только обычную медицину или традиционные корейские методы тоже?

– Традиционная корейская медицина входит в стандартную страховку. Пациент может сам выбрать, какой метод лечения предпочесть. Если в одной клинике ему не понравится, может перейти в другую.

– Можно ли традиционную медицину сочетать с современной?

– В нашей клинике, например, традиционной медицины нет вообще. Традиционная и современная медицина – в Корее две совершенно разные ветви. Разделение начинается с университетской скамьи: современные и традиционные врачи учатся в разных учебных заведениях. Клиники тоже существуют отдельно: есть такие, где лечат современными методами, и есть традиционные. Очень редки случаи, когда они сочетаются. Совершенно не приветствуется, когда обычный врач вдруг начинает использовать традиционные методы – он же ту, другую, медицину не изучал, как он может ее использовать? Наоборот тоже нельзя. Врачи двух разных направлений вообще не любят взаимодействовать, относятся друг к другу с недоверием.

– Лично вы как относитесь к традиционной медицине?

– Хорошо, когда сочетаются разные методы, проводятся совещания, на которых сотрудничают современные и традиционные врачи. Но пока между ними нет таких отношений, которые можно бы было назвать сотрудничеством. Я думаю, знания, которые копились веками, – это очень важно. Но слабость традиционной медицины в том, что, по моему личному мнению, недостаточно научных доказательств ее эффективности. Клинических исследований в этой сфере пока что практически нет.

медики, корея, медицина, вуз, медицинские вузы, индия, медицинское образование, минздрав, сша, австралия, канада, качество медпомощи, врачи, традиционная китайская медицина, система страхования, эндоскопия
Источник Vademecum №22, 2016
Поделиться в соц.сетях
ФАС: «Мы никогда не делали выводов о взаимозаменяемости лекарств на основе собственных домыслов»
Сегодня, 13:17
В московские поликлиники теперь можно записаться через Telegram
Сегодня, 11:23
В Ростове-на-Дону открылся первый частный роддом
Сегодня, 11:21
В Пермском крае пациентка отсудила у частной клиники 525 тысяч рублей
Сегодня, 8:32
ФАС: «Мы никогда не делали выводов о взаимозаменяемости лекарств на основе собственных домыслов»
Верховный суд 14 августа 2017 года вынес решение, фактически означающее, что Федеральная антимонопольная служба не может определять взаимозаменяемость препаратов. Такими полномочиями ФАС, грубо говоря, наделила себя сама, разослав в феврале 2016 года в региональные управления службы письмо, резюмирующее: все препараты с одинаковыми МНН, но с разными дозировками должны быть эквивалентными. Тогда речь шла о споре одновременно вышедших на торги Минздрава производителей препарата для лечения рассеянного склероза глатирамера ацетата – «Биокада» и «Тевы». Последняя и добилась в Верховном суде признания циркуляра ФАС о взаимозаменяемости недействительным. Vademecum выяснил у экспертов и участников рынка, как судебное решение повлияет на конкуренцию в системе лекарственных госзакупок.
Сегодня, 13:17
Умер советник министра здравоохранения Игорь Ланской
19 Августа 2017, 22:15
Госзакупки
Vademecum продолжает расследование таможни
Кто вывел за рубеж 2,6 млн евро, выделенных из бюджета на медпомощь онкобольным детям
1708
Mylan заплатит Минюсту США $465 млн за манипуляции с ценами
18 Августа 2017, 21:05
Мединдустрия
Почему отечественный препарат от дегенерации суставов пока помогает только крысам
416
Правительство добавило 4 млрд рублей на препараты от ВИЧ
Председатель Правительства Российской Федерации Дмитрий Медведев сообщил, что на закупки препаратов для ВИЧ-инфицированных дополнительно выделено 4 млрд рублей.
17 Августа 2017, 14:38
Роспотребнадзор предупредил россиян о бубонной чуме в США
17 Августа 2017, 11:37
Мировой спрос на вакцину против полиомиелита привел к ее дефициту в России
Минздрав объявил о дефиците инактивированной моновакцины против полиомиелита. В страну было ввезено 169 тысяч доз вакцины, это в 13,6 раза меньше, чем в прошлом году.
16 Августа 2017, 19:43
Коечный фонд перинатального центра в Новосибирске сократят на треть
Минздрав Новосибирской области решил скорректировать проект перинатального центра и сократил его коечный фонд. Так в регионе отреагировали на предложение федерального  Минздрава сделать проект «скромнее», чтобы сохранить в федеральном бюджете 3 млрд рублей, которые регион ранее запросил для завершения строительства центра.
16 Августа 2017, 16:32
СП: большинство федеральных центров необоснованно получили деньги на оказание ВМП
16 Августа 2017, 14:58
Минздрав планирует увеличить бюджет на закупку препаратов от ВИЧ
16 Августа 2017, 12:42
Минздрав подключился к делу о выводе за границу 2,6 млн евро поставщиком РОНЦ
Минздрав подключился к расследованию дела о выводе 2,6 млн евро за границу компанией, поставлявшей систему для подготовки радиофармпрепаратов для НИИ детской онкологии и гематологии НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина (прежнее название – Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина, РОНЦ).
15 Августа 2017, 19:49
Минздрав закупит препараты от гепатита С, не ориентируясь на их стоимость
15 Августа 2017, 17:12
Яндекс.Метрика