18 Августа, 22:14

«Мечта – через четыре-пять лет начать публиковать наши клинические результаты»

Дарья Шубина
27 Мая 2019, 8:59
5803
Артем Гапеев, генеральный директор Ильинской больницы Фото: Оксана Добровольская
Как Ильинская больница будет оправдывать вложенные в нее 4,3 млрд рублей

На Новорижском шоссе неподалеку от МКАД 25 мая открылась Ильинская больница. Сенсационной эту новость не назовешь – про проект, анонсированный пять лет назад и сложившийся по желанию предпринимателей Абая Закарьянова и Максима Савельева при финансовом участии казахстанской Emdeu Group, слышали все участники рынка медуслуг и сочувствующие. Присмотреться к затее, и правда, стоило. Но даже не из-за серьезного для частного госпиталя масштаба (14 тысяч кв. м площади, 72 койки) или «звездной» команды врачей, а хотя бы потому, что авторы клинического проекта обещали продемонстрировать отрасли некие альтернативные подходы к организации лечебного процесса, маркетингу, мотивационным и управленческим решениям. Какие ожидания связывают со стартапом его топ-менеджеры и акционеры, Vademecum рассказал генеральный директор Ильинской больницы Артем Гапеев.

«МЫ ГОТОВЫ ПРИНЯТЬ ПАЦИЕНТА В ЛЮБОМ СОСТОЯНИИ»

– Вы долго работали в Европейском медицинском центре. Что из полученного вы использовали в Ильинской больнице, а что принципиально сделали по‑другому?

– В ЕМС я проработал почти восемь лет, и за это время было построено почти шесть сложных медицинских объектов, так что многое из опыта технологического проектирования, организации стройки и прочего, конечно, пригодилось. Принципиально было то, что здание Ильинской больницы не приспосабливалось, а изначально строилось под медицину, начиная с котлована. Многие идеи, новые именно для меня, здесь удалось реализовать. Например, отделение экстренной помощи. Здесь в одном пространстве мы объединили и палату экстренной помощи со всеми возможностями для интенсивного пособия, и экспресс‑лабораторию, и компьютерную томографию, и катетеризационную лабораторию для любых рентгенэндоваскулярных вмешательств и так далее.

Это исключительно важно, когда больница готова принять пациента в любом, угрожающем жизни, состоянии. Мы разработали 11 базовых клинических путей, сформулированных по синдромальному принципу, что позволяет эффективно мобилизовать наши возможности в зависимости от ситуации. Например, при синдроме, условно называемом «боль в грудной клетке», мы можем столкнуться и с инфарктом, и с пневмотораксом, и с тромбоэмболией легочной артерии. Задача такого отделения – это триаж, постановка диагноза, мобилизация персонала, выполнение лечебных мероприятий и прочее. Так, при остром коронарном синдроме (например, при инфаркте миокарда с подъемом сегмента ST) весь процесс должен уложиться в один час.

Учли нюансы, связанные с логистикой внутри госпиталя. Иначе устроили центр женского здоровья, детское отделение. Сделали много лифтовых групп – их в здании девять. Еще одна особенность Ильинской – наличие полноценного реабилитационного отделения, которое работает в непосредственном контакте с клиникой, является ее частью. Этот подход выражается в концепции межклинической службы. Таких служб в Ильинской больнице будет три – реабилитация, клиническая психология и служба боли.

Это означает, что реабилитолог начинает работать с пациентом еще до операции или в момент его поступления, если речь идет о травмах или иных экстренных состояниях, особенно при острых неврологических расстройствах. С другой стороны, клиника поддерживает реабилитологов, обеспечивая им при необходимости интенсивное или диагностическое пособие, консультации специалистов. На самом деле никакого велосипеда мы не изобретали. Ильинская больница – это обычный среднестатистический госпиталь, который вы можете увидеть в Германии, Италии или Израиле.

– Вы как‑то заявляли, что создаете «альтернативную систему организации медицинской помощи». Это альтернатива чему – государственной, частной медицине?

– Это альтернатива архаичному и совершенно неадекватному принципу эшелонирования пациента, который иногда условно именуют системой Семашко и который, по сути, так и не изжит в России. Здесь мы тоже ничего не изобретали. Трехуровневая система организации медицинской помощи – это общая база для всех систем здравоохранения в мире: общая практика как первый уровень, консультации специалистов, emergency и реабилитация, но уже в рамках госпитального центра, как второй и, наконец, третий – технологичное, сложное оперативное или иное пособие. Есть еще и четвертый – наука. В отличие от эшелонированного построения, в системе уровней пациент движется от компетенции к компетенции, а не от квалификации к квалификации.

Хирург есть и в поликлинике, и в госпитале, только они очень разные. И это все прекрасно понимают. Между ними связи нет никакой, они знать друг про друга не знают, они даже финансируются по разным принципам, хотя оба в ОМС. Такой подход формирует и колоссальную финансовую неэффективность, и полную фрагментацию клинического процесса, а кроме того, дает прекрасную почву для всевозможных имитаций бурной деятельности, что мы все регулярно наблюдаем. Таким образом, альтернатива – это объединение в одном клиническом, этическом, организационном и экономическом пространстве трех базовых уровней компетенции. И так работает весь мир.

– На строительство Ильинской больницы ушло пять лет. Произошли ли за этот вообще‑то немаленький срок важные, на ваш взгляд, изменения на рынке?

– Два года проект был практически заморожен. Стройка остановилась, не было денег. Так что мы строили больницу не 5 лет, а 2,5 года. Менялся состав акционеров, и этот процесс очень затянулся. Основатели проекта, в первую очередь Абай Закарьянов, взяли на себя колоссальную ответственность и в самый напряженный момент не остановили проект, не распустили коллектив.

Что касается рынка, то глобального ничего не стряслось. Стратеги тут не появились, в частном секторе идет не очень перспективный экстенсивный рост, а правила игры со стороны государства хаотично меняются.

Но несмотря на очень низкую, на мой взгляд, эффективность инвестиций государства в медицину, какие‑то небольшие позитивные подвижки в разных сферах происходят. При этом общая ситуация в здравоохранении привела к тому, что все больше врачей из госсектора начинают переходить в частные клиники. Еще несколько лет назад они и подумать об этом не могли, а сейчас в контексте госмедицины они себя не видят. Это сказалось и на нашем проекте – к нашей команде присоединились врачи из городских больниц и федеральных центров. Наблюдаю интересную тенденцию – создание кооперативов. Это когда грамотные современные врачи, которых очень мало, собираются в группу под какой‑нибудь вывеской и, не раздражая друг друга всякой совковой галиматьей, совместно лечат своих пациентов, опираясь на доказательную медицину.

«НИКТО НЕ РЕШИЛ ПРОБЛЕМУ ДОСТУПНОСТИ МЕДИЦИНЫ»

– То есть конкуренция в сегменте коммерческой медицины, на ваш взгляд, не обострилась?

– Это абстрактное понятие. Я считаю, что в медицине конкуренции быть не может. Все мировые системы здравоохранения решают и не могут решить проблему доступности медицины. Другой вопрос, что в Женеве и Омске, например, разные представления о ее доступности. Если вы конкурируете за кошелек страховых компаний, то, наверное, там, где речь идет в основном о здоровом контингенте пациентов, какая‑то «толкучка» существует. А когда вы говорите и доказываете, что лечите на экспертном уровне, то выясняется, что особой конкуренции у вас и нет. Ее не было пять лет назад, нет и сегодня.

– Как вы намерены это доказывать?

– Моя мечта – через четыре‑пять лет работы начать честно публиковать наши клинические результаты. А как иначе? Я уже где‑то писал, что абракадабра про «международные протоколы» и «ведущих врачей» – это всего лишь попытка ввести пациента в заблуждение. Ну, про «звезд» умолчим. Доказать что‑то можно, только показывая, как мы лечим и с какими исходами.

– Смелое заявление.

– А как еще объяснить пациенту, что вы лечите или пытаетесь лечить так же, как в Европе, США или Израиле? Только публикуя анализ своих результатов. Это колоссальная проблема. Если спросить любого главного врача про исходы, он не ответит. И не потому, что не хочет, а потому, что он их просто не знает. Очень немногие хирурги, например, ведут свои реестры. При этом на каждой троллейбусной остановке у нас пишут: «Мы лечим по международным протоколам». Но никто в действительности не проводит анализ и сопоставление своих исходов, то есть осложнений, рецидивов и прочего, с результатами, публикуемыми в профессиональном мире.

– Вы верите, что наши клиники когда‑нибудь начнут собирать и открывать такие данные?

– Не верю. Но это не означает, что этого не надо делать самим. Это довольно сложная работа, требующая больших ресурсов. Тема, конечно, дискутабельная, но такой подход формирует то, что называется репутацией, а это, в свою очередь, единственное, что обеспечивает капитализацию в медицинском бизнесе. Вы прошли по зданию, увидели, что мы все хорошо построили, поставили кучу всяких железяк, а что дальше? Мы знаем случаи, когда клиницисты, используя самую дорогую технику, провоцировали серьезные осложнения и даже смерть пациента. Так бывает, когда берутся за экспертную хирургию, например, не будучи экспертами.

– Какой у вас будет система мотивации персонала?

– Процентов не будет. Я сам много лет формировал эту порочную практику. Больше не хочу. Основная часть дохода врача – это фиксированный оклад, не зависящий от того, что он делает. Мы установили и переменную часть, но она не находится в прямой зависимости от конкретных количественных результатов. И еще одно: премирование врачей – это прерогатива их руководителя, заведующего отделением или службой. Функция администрации – техническое выполнение, не более. Я сталкивался с ситуацией, когда врач начинает планировать свой доход. Это уже из области коммерции, чего допускать нельзя.

«ЗАДАЧА – СДЕЛАТЬ ВЫСОКОМАРЖИНАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ»

– Когда вы планируете загрузить клинику так, чтобы она хотя бы сама себя содержала?

– Мы не рассматриваем такой задачи – «хотя бы себя содержать». Задача формулируется иначе – сделать высокомаржинальный проект и принести нашим акционерам доход. По плану примерно через год мы выйдем на полную самоокупаемость и, думаю, приблизительно через пять лет работы – на нормативный уровень капитализации.

– За счет чего? На ДМС, судя по вашим заявлениям, вы не ориентируетесь.

– ДМС – объективно ограниченный сегмент. Это корпоративный сектор, денег для финансирования сложного лечения там нет. Мы открыты для всех страховых компаний, но их возможности и специфика нам понятны. Мы не планируем выручку от ДМС выше 25–30%. Таким образом, в основе модели – пациент, который платит сам. Мы очень хорошо локированы – находимся в окружении 600 тысяч человек, если брать сектор от Киевского до Волоколамского шоссе. Здесь не много медицины, соответствующей ожиданиям местного населения.

Сейчас пациентам приходится ездить на лечение в Москву, убивая на это целый день. А для нас открываются большие перспективы в области семейной медицины, экстренной помощи, реабилитации. Это с одной стороны. С другой, мы собрали настоящих экспертов в своих областях, современных, без каких‑либо оговорок, врачей, каждый – с именем и репутацией. Когда речь идет о сложной медицине, расстояние, локация не имеют ни малейшего значения. Все это, в сочетании с большими техническими возможностями клиники, полагаю, даст скорый результат.

– Задолго до открытия вы начали плотно работать с различными соцсетями. Сколько потратили на маркетинг?

– Копейки. В последние годы из практики ушли такие дорогие и редко эффективные инструменты продвижения, как радио, борды, печатные издания. Сейчас все в сети. Да, мы выкупаем несколько бордов, но исключительно для навигации. От радио отказались совсем – мне прислали сводку: одна рекламная сессия стоит в четыре раза больше, чем весь маркетинговй бюджет по продвижению в соцсетях и интернете. За год мы сделали Facebook Ильинской больницы, где уже более 32 тысяч подписчиков. Социальные сети, блогеры, YouTube и другое – пока мы ориентированы на эти способы продвижения информации.

– На какой ценовой сегмент вы нацелились?

– Вопрос некорректный, но понятный. Стоимость консультаций врачей у нас будет находиться в диапазоне 5‑8 тысяч рублей, койко‑день в одноместной палате – около 25 тысяч, УЗИ – 5–9 тысяч рублей, рентгенография органов грудной клетки в двух проекциях – 5 тысяч рублей. Это для примера, весь прайс‑лист мы опубликуем на сайте через пару недель.

– Планируете работать в ОМС?

– Это для меня пока вопрос – я просто не понимаю экономику этого мероприятия. Формально для бизнеса, где есть существенные инвестиции в инфраструктуру, тариф, не предусматривающий покрытия CAPEX и маржу, невозможен. Но так как ценообразование в ОМС дело сейчас почти художественное, то есть не поддающееся никакому осмыслению, все возможно. Народ тянется к «аппетитным» тарифам. Ситуация настолько порочная, что рано или поздно все это плохо кончится.

– Но если вы собираетесь заниматься химиотерапией, почему бы не попробовать поработать по ОМС?

– Химиотерапия – это этап большого и сложного лечебного процесса, лечение с нее не начинается и ею не заканчивается. И вообще, принятие решения о том, какая и в каком объеме будет применяться химиотерапия, лежит в зоне ответственности мультидисциплинарной команды. В этом смысле, работая по жесткой системе ОМС, вы имеете очень много рестрикций, прежде всего связанных с возможностью дать пациенту лучшее лечение, не говоря уже о том, что есть ограничение и по препаратам, структура тарифа и так далее. Плюс вся эта бюрократическая история, что вы должны будете, выполняя стандартную услугу, 48 тысяч бумажек написать, а потом вас еще оштрафуют, скажут, что вы в истории болезни не там запятую поставили, поэтому вам страховая компания ничего не заплатит.

– А претендовать на ВМП, не погруженную в базовую программу ОМС, планируете?

– Претендовать можно на что угодно. Там свои битвы титанов. Это лоббирование и прочее. Не очень все это привлекательно. Хаос при формировании экономической политики привносит свою долю в общую сумбурную картину.

«ВСЕ МОЖНО ТИРАЖИРОВАТЬ»

– Какого суммарного объема инвестиций потребовал проект?

– Общие инвестиции составили 4,3 млрд рублей, из них почти 50% – это проектное финансирование Сбербанка. На моей памяти еще не было проектного финансирования банка в такую сложную медицинскую инфраструктуру на этапе green field. Банк в этом проекте показал себя исключительно профессионально. Сейчас мы занимаемся подготовкой второго этапа. Объем финансирования пока не уточню, мы еще делаем модель. Второй этап – это прежде всего детский госпиталь, радиотерапия, большой центр амбулаторной хирургии и, возможно, гематология.

– У Ильинской больницы разные акционеры. Как вам с ними работается?

– Пока мне удается поддерживать консенсус по вопросу о том, что сначала медицина, потом EBITDA. Обычно хотят наоборот, что довольно печально заканчивается. Зарабатывать можно только после того, как вы создали медицинскую компетенцию. Зарабатывать без нее, как пытаются делать 99,9% операторов рынка коммерческой медицины, путь в никуда. Мы отталкиваемся от того, что создаем сложную интеллектуальную конструкцию, которая должна создать эту самую репутацию, компетентную медицину, и только это начнет потом капитализироваться, только это определит стоимость бизнеса.

Как и большинство медицинских проектов, мы работаем в пятилетнем горизонте. Для нас 2024 год будет очень важным – тогда мы сможем сказать, состоялась наша модель или нет. Акционеры не мешают этому проекту – они ему помогают, поддерживают. И даже если где‑то у них есть альтернативная точка зрения, они не считают нужным ее продавливать. Пока ситуация комфортная.

– Насколько Ильинская больница тиражируемый проект? Или вы не задумываетесь над этим?

– Пока наша задача – это большая медицинская компания с экспансией в различные клинические области. Однако ничего эксклюзивного, все можно тиражировать.

– Какая территория, точнее аудитория, кроме «рублевской», его потянет?

– Увы, медицина – это дорого. Кто говорит иное, тот или лжет, или ничего не понимает в предмете. В этом смысле мы ориентируемся на аудиторию пациентов, которым нужна современная доказательная медицинская помощь и ответственное отношение к ним и их проблемам. Да, это стоит денег, потому что больших денег стоит сложный инженерный объект, медицинское оборудование, время квалицированных врачей, да и сами деньги. Не все проблемы экономики в стране может решить больница, для этого есть еще и государственные институты. По крайней мере, мне так кажется.


ильинская больница, гапеев, живов, закарьянов, кулибаев, emdeu, назарбаев, волна, инвестиции, частная медицина, emc
Источник Vademecum №4, 2019
Поделиться в соц.сетях
Самые важные новости прошедшей недели
Сегодня, 12:49
Сергей Краевой и Дмитрий Морозов вошли в Совет научно-образовательных центров мирового уровня
16 Августа 2019, 20:45
Презумпция виновности: внешние обстоятельства криминализации действий доктора Сушкевич
16 Августа 2019, 20:06
Осужденному за взятки онкологу Павлу Свиридову вменяют новые эпизоды уголовного дела
16 Августа 2019, 19:04
В Сестрорецке завершен долгострой стоившего 1 млрд рублей частного роддома
Компания «Икапласт» получила от Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга заключение о соответствии заявленным параметрам и нормативам вновь сооруженного здания родильного дома в Сестрорецке. Ввод в эксплуатацию объекта, обошедшегося исполнителям инвестпроекта в сумму около 1 млрд рублей, намечен на четвертый квартал 2019 года.
14 Августа 2019, 19:31
Концессию Камчатской краевой больницы поддержит федеральный бюджет
Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев поручил Минздраву РФ и другим ведомствам проработать вопрос о возможности использования средств федерального бюджета для софинансирования расходов, связанных со строительством Камчатской краевой больницы. Концессионером выступает ООО «Камчатка Мединвест» – дочерняя структура ГК «Ростех».
8 Августа 2019, 13:07
Путин утвердил законодательные изменения по СПИК
Президент РФ Владимир Путин подписал три закона, описывающие новые регламенты заключения специальных инвестиционных контрактов (СПИК). Инвесторы будут отбираться по конкурсу, а максимальный срок действия контракта продлен до 20 лет.
6 Августа 2019, 11:27
Росстат: в первой половине 2019 года в эксплуатацию ввели 160 объектов здравоохранения
Росстат опубликовал доклад «Социально-экономическое положение России» за первое полугодие 2019 года. За этот период в стране ввели в эксплуатацию 160 объектов здравоохранения общей площадью более 301 тысячи кв. м.
5 Августа 2019, 20:32
Власти Алтайского края рассчитывают получить на стройку хирургического корпуса 1,3 млрд рублей через нацпроект
Главный врач Алтайского краевого клинического центра охраны материнства и детства Константин Смирнов сообщил, что на строительство хирургического корпуса требуется 1,3 млрд рублей. Получить эти средства регион планирует, включив этот объект в 2020 году в нацпроект «Здравоохранение».
30 Июля 2019, 15:50
EMC сообщил о планах сотрудничества с «Номеко»
25 Июля 2019, 15:47
Немецкая Sarstedt за 1,5 млрд рублей построит в Петербурге завод по производству медизделий
Немецкая компания Sarstedt начала строительство завода по производству систем для сбора крови в Санкт-Петербурге. Предприятие расположится в индустриальном парке «Марьино». Инвестиции в проект составят 1,5 млрд рублей, точные сроки ввода объекта в эксплуатацию не называются.
23 Июля 2019, 13:11
«Ростех» намерен через продажу облигаций привлечь 30 млрд рублей на развитие санавиации
ГК «Ростех» через свою стопроцентную «дочку» АО «РТ-Финанс» намерена привлечь до 100 млрд рублей на реализацию гражданских проектов, выпустив биржевые облигации сроком обращения до 15 лет. Первый выпуск ценных бумаг, предназначенный для продажи на московской бирже, уже зарегистрирован регулятором. Предполагается, что до 30% размещения, порядка 30 млрд рублей, будут инвестированы в проект по централизации санавиации – «Национальную службу санитарной авиации» (НССА).
19 Июля 2019, 17:15
Сеть клиник репродуктивной медицины NGC за 900 млн рублей откроет филиал в одном из элитных ЖК в Петербурге
Cанкт-петербургская компания «Василеостровская клиника репродукции» (В.К.Р.), владеющая сетью клиник NGC (Next Generation Clinic), приобрела за 678 млн рублей в «элитном жилом комплексе» Royal Park на Петровском острове четырехэтажное здание с подземной парковкой общей площадью 3 тысячи кв. м. В середине 2020 года инвестор планирует открыть здесь клинику репродукции и генетики, вложив в ремонт и закупку оборудования более 222 млн рублей.
18 Июля 2019, 14:42
Восстановление подтопленных больниц в Иркутской области обойдется в 2,6 млрд рублей
В Минздраве Иркутской области подсчитали, что на строительство больниц и фельдшерско-акушерских пунктов, которые заменят пострадавшие в результате паводка медицинские объекты, потребуется около 2,6 млрд рублей. Еще 125 млн рублей нужно на проведение капремонта и закупку медоборудования.
8 Июля 2019, 18:41
В Московской области построят детский медцентр со стационаром
Министерство строительного комплекса Московской области объявило конкурс на разработку проектно-сметной документации для будущей областной детской больницы в Красногорске. Начальная максимальная сумма контракта – более 117,6 млн рублей. Деньги выделены из регионального бюджета.
8 Июля 2019, 18:39
НМИЦ кардиологии получит 2,4 млрд рублей на ремонт инженерных сетей
5 Июля 2019, 18:55
Минпромторг проверит результаты инвестпроектов по производству МИ для реабилитации
5 Июля 2019, 8:47
Японская Sysmex вложила 143 млн рублей в локализацию производства реактивов для КЛД
Японская компания Sysmex 4 июля открыла в Богородском районе Московской области на территории «Ногинск-Технопарк» производственную линию по выпуску расходных материалов для клинико-лабораторной диагностики. Проект потребовал 143 млн рублей инвестиций.
4 Июля 2019, 18:44
Соцсеть для онкобольных Belong.Life привлекла $14 млн инвестиций
2 Июля 2019, 11:12
«УГМК-Здоровье» вложила в клинику более 500 млн рублей
7 Июня 2019, 8:29
«Биокад» подписал очередное соглашение с Shanghai Pharmaceuticals Holding
Компания «Биокад» и китайская Shanghai Pharmaceuticals Holding оценили капитализацию анонсированного в сентябре 2018 года совместного проекта в $2,8 млрд. Ранее в «Биокаде» говорили, что ожидают регистрации шести своих препаратов в Китае в 2019 году.
6 Июня 2019, 13:01
МИБС и ВЭБ.РФ построят центр протонной терапии
6 Июня 2019, 12:01
Яндекс.Метрика