Яндекс.Метрика
27 Июня 2022
Vademecum с прямой доставкой: подписывайтесь на журнал
4 апреля 2022, 12:00
Доступно исследование «Онкологическая помощь в частных клиниках»
2 декабря 2021, 16:00
Шарко шагая: как санкур перенес пандемию и попытался обернуть ее последствия в свою пользу
20 июня 2022, 14:55
Ноунейм ковчег: какой инфраструктурой пополнилась инфекционная служба за годы пандемии и как по ее окончании будут использоваться ковидные стационары
6 июня 2022, 19:40
27 июня, 2:26

«Есть регионы, деятельность которых вызывает у нас большую скорбь»

10 декабря 2021, 14:21
7122
Фото: личный архив Александра Ткаченко
Председатель правления фонда «Круг добра» – о том, с какими трудностями пришлось столкнуться в первый год работы

Созданный в начале 2021 года фонд поддержки детей с тяжелыми и редкими заболеваниями «Круг добра» распоряжается в 2021 году бюджетом, эквивалентным бюджету самой дорогой лекарственной госпрограммы «14 ВЗН», а в 2022 году финансирование фонда еще увеличится. Главным распорядителем фонда президент РФ Владимир Путин назначил не чиновника из сферы здравоохранения, а священника, руководителя АНО «Детский хоспис» Александра Ткаченко. Тому пришлось, с одной стороны, взаимодействовать с родителями тяжелобольных детей в условиях существующих ограничений при включении в число подопечных, с другой, по заверениям самого Ткаченко, – давать отпор лоббистским усилиям фармкомпаний. О том, как устроена работа фонда и что еще поменяется в лекарственном обеспечении орфанных пациентов, Ткаченко рассказал в интервью Vademecum.

– Какие задачи ставились перед фондом изначально? Каким образом и в какой мере их удалось решить за прошедший год?

– Первая очень важная задача – реализовать инициативу президента России Владимира Путина по созданию дополнительного инструмента помощи детям с редкими генетическими, орфанными заболеваниями. Этот инструмент должен был логично встроиться в действующую систему здравоохранения, обеспечить оперативность реагирования на запросы родителей. Для решения этой задачи «Круг добра» привлек ведущих экспертов в области орфанных заболеваний – был сформирован экспертный совет, который отбирает заболевания и лекарственные средства, проверяет правильность назначений. Члены экспертного совета оперируют не только собственным опытом в лечении редких болезней, но и представляют федеральные центры, чья экспертиза и деятельность помогают фонду в принятии выверенных решений. Создание этой модели делает работу фонда абсолютно прозрачной.

Вторая задача заключалась в создании системы оперативного реагирования на запросы родителей детей с орфанными заболеваниями. Здесь мы положились на выстраивание взаимодействия с регионами и пациентскими организациями. Заявки в фонд направляет руководитель регионального органа управления здравоохранения, своей подписью он гарантирует адекватность назначения и правильность расчета дозировок. В свою очередь, для того чтобы ускорить процесс формирования заявки, необходимо наличие определенных документов, которые позволят членам экспертного совета проверить правильность назначения. «Не упустить» ни одного ребенка нам помогают общественные и пациентские организации – они, как показывает опыт, способны увидеть пациентов, которых не заметило государственное здравоохранение. Не секрет, что орфанные пациенты могут потеряться, в регионе может не хватать специалистов по тому или иному редкому заболеванию. Так вот, чтобы никто из потенциальных подопечных «Круга добра» не остался без помощи, а регионы могли оперативно подавать заявки на лекарственное обеспечение орфанных пациентов, мы предметно взаимодействуем с общественниками.

– После учреждения и старта работы «Круга добра» некоторые регионы стали экономить на лекобеспечении орфанных пациентов. Как вы относитесь к такой реакции?

– Плохо. Президент неоднократно говорил, что регионы не должны сокращать объемы закупок лекарств, приобретаемых на государственные деньги, не должны пускать бюджетные средства на другие цели. За этим нужно следить. Мне представляется, что регионы обязаны исполнять поручения президента, а органы общественного надзора, уполномоченные по правам ребенка должны контролировать их исполнение.

– Как складываются взаимоотношения фонда с регионами на практике? Везде ли удается наладить коммуникацию, своевременное формирование заявок?

– Есть регионы, деятельность которых вызывает у нас большую скорбь. С одной стороны, они проявляют недостаточную чуткость при коммуникации с родителями больных детей, что само по себе недопустимо. С другой, проявляют порой безответственность – затягивают формирование заявок на несколько месяцев. Например, препарат Золгенсма фонд способен поставить в Россию за 10–14 дней от момента первого звонка родителей до начала лечения. Но в то же время у нас есть регионы, которые формируют заявки на протяжении двух месяцев. И тогда приходится звонить, ругаться, стыдить – всеми способами ускорять процесс.

– Не зарегистрированные в РФ препараты закупаются фондом быстрее, чем зарегистрированные. Как вы это объясняете? Мешает ли это работе фонда?

– Эта проблема возникала в первые месяцы работы фонда, но сейчас она решена, задержек по поставкам препаратов, я надеюсь, не будет.

Конечно, нам хотелось бы, чтобы детям не приходилось месяцами ждать поставки зарегистрированных препаратов, но Закон 44-ФЗ «О контрактной системе» обеспечивает прозрачность процедур закупок, и этот закон трогать не надо. Решение проблемы, на мой взгляд, состоит в формировании запасов препаратов. Уже сейчас закупки совершаются на первый квартал следующего года, а наличие запасов зарегистрированных лекарств позволит нам оперативно реагировать на появление в регистре фонда новых пациентов или коррекцию терапии.

– Фонд пользуется федеральным регистром орфанных пациентов Минздрава. Насколько оперативно формируются заявки на лекарственное обеспечение детей из целевой аудитории «Круга добра»?

– По некоторым заболеваниям мы знаем всех пациентов. Есть и такие нозологии, по которым выявлены не все больные, особенно это касается болезней, недавно утвержденных фондом.

Например, мы предполагаем, что в стране проживают порядка 70 пациентов с нейрофиброматозом 1-го типа, а в фонд поступило лишь три заявки на лекобеспечение по этому заболеванию. С нарушением обмена цикла мочевины, по имеющейся в нашем распоряжении статистике, должно быть порядка 30 пациентов, а подано лишь шесть заявок. С Х-сцепленным доминантным гипофосфатемическим рахитом – около 150 пациентов, в фонд поступили лишь две заявки. На лекобеспечение пациента с цистинозом пришла единственная заявка из 30 нами предполагаемых. По мнению экспертов, в стране должно насчитываться около 180 пациентов с синдромом Драве, но ни одной заявки по этой нозологии к нам не поступило. Тяжелая ситуация с ахондроплазией, запросы по которой тоже крайне редки.

Мы не раз обращались и к фармпроизводителям, и к пациентским сообществам, чтобы они помогли нам найти больных, которых «не видит» государственное здравоохранение. Я уверен, что совместными усилиями мы сможем их разыскать и помочь им.

– В уставе фонда записано, что «Круг добра» будет функционировать не только на деньги от налоговых отчислений, но и за счет пожертвований. Однако пока пожертвования не принимаются, почему?

– Изначально перед нами стояла задача оперативно сформировать механизм использования имеющихся денег, фандрайзинг не был нашим приоритетом.

Некоторые результаты деятельности фонда привлекли внимание и доверие со стороны лидеров общественного мнения, известных людей. В частности, главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов, став лауреатом Нобелевской премии мира, решил передать часть средств в фонд «Круг добра».

Мы будем планировать фандрайзинговые активности в следующем году. Но прежде мы должны принять несколько документов – положение об антикоррупционной политике, о том, как фонд будет выстраивать партнерство с другими благотворительными организациями, о политике обеспечения сохранности чистоты репутации.

Мы будем перепроверять своих партнеров и по результатам решать, от кого можем, а от кого не можем принимать пожертвования. Организации, запятнавшие себя недостойными поступками, не смогут стать партнерами фонда.

– Еще в феврале 2021 года вы говорили, что фонд подвергается давлению со стороны фармкомпаний. Проблема разрешилась?

– В начале ноября у нас состоялась встреча с крупнейшими производителями и дистрибьюторами лекарственных средств. Разговор был честный, но и непростой. Не называя организаций и фамилий, мы рассказали о фактах и формах оказывавшегося на фонд давления. И прочли в глазах некоторых из наших визави и чувство вины, и понимание, и обещание, что такое впредь не повторится. Надеюсь, мы с ними договорились и они поняли, что та форма, в которой они пытались лоббировать свои препараты, в работе с фондом неприемлема.

– На той же встрече вы заявляли, что «Круг добра» будет настаивать на локализации производства не зарегистрированных в РФ препаратов, что, например, в случае с той же Золгенсмой, крайне затруднительно. Будет ли локализация обязательным условием для включения препарата в номенклатуру фонда?

– Так сформулирован общественный запрос. Люди спрашивают: почему деньги, которые поступают в фонд, должны уходить за границу? Почему не создан механизм, который обяжет производителя препарата хотя бы частично локализовать производство или хотя бы упаковку на территории РФ? Почему российская фармацевтическая промышленность не может производить аналоги или разработать свою молекулу? Эти вопросы, которые задают нам общественники, мы переадресовали участникам ноябрьской встречи с фармкомпаниями. Запрос общества понятен, надеюсь, он будет услышан.

– Охотно ли поставщики не зарегистрированных в РФ препаратов идут на скидки для «Круга добра»? Удалось ли ощутимо сэкономить?

– В процессе переговоров с поставщиками озвучивалось требование Федеральной антимонопольной службы, по которому цена на препарат в России не должна превышать цены, установленной на него в странах Европы и Америки.

Эти условия поставщиками исполняются – скидки могут составлять от 20% до 50% от первоначальной цены. А все сэкономленные средства идут на приобретение лекарственных средств для детей.

– На той же встрече с фармпроизводителями вы говорили, что за то время, пока фонд закупает те или иные препараты, их следует включить в перечни ЖНВЛП или ВЗН. Поясните цель.

– Повторюсь: фонд создан как дополнительный механизм оказания медицинской помощи. Стратегическая задача фонда заключается в том, чтобы обеспечить детей новыми препаратами для лечения тяжелых заболеваний, тех болезней, для которых раньше не было лечения. Россия – социальное государство, вся медицинская помощь предоставляется пациентам бесплатно по программе госгарантий, но для того, чтобы препарат вошел в перечень ВЗН или ЖНВЛП, требуется время. Фонд нужен на период погружения заболевания в программу госгарантий, поэтому, когда появляется новый препарат, «Круг добра» обеспечивает его закупку, лечение пациентов, а потом передает своих подопечных в регулярную госпрограмму.

– Один из препаратов, утвержденный фондом к закупке как незарегистрированный, позже получил российскую «прописку». По какой схеме препараты будут закупаться в подобных случаях?

– Обычно препараты после получения государственной регистрации вводятся в гражданский оборот в течение 6–9 месяцев. И существование этой  задержки не может не вызывать общественного беспокойства: как в этом длительном периоде дети будут обеспечиваться лекарствами?

Мы обращались в федеральные органы исполнительной власти с просьбой решить эту проблему. Считаем, что в подобных случаях существует риск нарушения права ребенка на лекарственную помощь, поэтому мы обратились к уполномоченной по правам ребенка в РФ Марии Львовой-Беловой. Вопрос поставлен на контроль и должен быть решен в ближайшее время. Необходимо обеспечить непрерывность лечения.

– «Круг добра» предполагает закупку препаратов не только для патогенетического лечения, но и для базовой терапии, в которой нуждаются подопечные фонда?

– Фонд поддерживает работающие механизмы системы здравоохранения. «Круг добра» не подменяет собой органы управления здравоохранением – он помогает министерствам реализовывать свои цели.

– Сейчас «Круг добра» закупает препараты для 44 заболеваний. Насколько может быть расширен нозологический перечень?

– Мы рассматриваем новые позиции еженедельно. Всего в утвержденный Минздравом РФ список входит порядка 300 редких генетических заболеваний. Фонд утверждает ко включению в перечень только те заболевания, по которым в мире зарегистрированы и применяются препараты патогенетической терапии.

– Есть ли понимание максимального числа пациентов или заболеваний, на котором остановится фонд? 

– Есть. Мы попросили ряд научных институтов произвести для нас такой математический расчет, который позволит нам планировать нашу финансовую деятельность. Скоро эта работа будет завершена, и мы предоставим результат на общественное обозрение.  

Мы должны включать в расчеты на последующие годы уже учтенных пациентов, получающих лечение, – они будут на лекобеспечении фонда до достижения ими 18 лет. К ним будут прибавляться новые пациенты, будет увеличиваться продолжительность жизни. Также у нас может вырасти число пациентов с орфанными заболеваниями благодаря неонатальному скринингу.

– Среди подопечных «Круга добра» много пациентов «порогового» возраста?

– В 2021 году 18 лет исполнится 79 нашим подопечным, в следующем году – еще 81 пациенту.

– Обсуждается ли перспектива ведения фондом пациентов после достижения ими 18 лет?

– Этот вопрос требует очень глубокой законодательной проработки. Расширение полномочий фонда – уровень ответственности Правительства РФ. Мы подготовили проект соглашения с регионами, предполагающий, что за 10–12 месяцев до момента достижения нашим подопечным 18 лет, фонд будет уведомлять об этом регион, для того чтобы тот своевременно «подхватил» пациента и обеспечил его необходимыми препаратами в полном объеме.

ткаченко, круг добра, орфанные заболевания, путин, 14 взн
Источник: Vademecum №6, 2021
Поделиться в соц.сетях
Заявки на клиническую апробацию в 2022 году отклоняли в основном из-за включения препаратов off-label
24 июня 2022, 20:37
Оспа обезьян. Мониторинг
24 июня 2022, 20:10
Врач-токсиколог Суходолова: СМЭ по делу Сушкевич и Белой проведена с нарушениями
24 июня 2022, 19:54
Опрос: за медуслугами по самостоятельно купленному полису ДМС обращаются 2,2% россиян
24 июня 2022, 19:28