ФАС не увидела «оснований для каких-то серьезных претензий» по итогам проверки «Р-Фарма», сказал Артемьев. По его словам, «Р-Фарм» вступал в партнерские отношения с компаниями-представителями малого бизнеса, но это не является картелями. «Речь идет о вертикальном соглашении. А картели не могут быть вертикальными. То, что у них было много этих ключей — это забавно, но не более того», – добавил он.
Артемьев назвал наличие нескольких электронных ключей и участие в торгах для малого бизнеса «несерьезным нарушением». Ответственности за него, по его словам, не найти в Уголовном кодексе и вряд ли можно найти в КоАП. «Что касается других обстоятельств, то мы продолжаем изучать те материалы, которые мы собрали. Я не могу сказать, что на сегодняшний день у нас есть какие-то веские основания преследовать эту компанию», – подытожил он.
При этом фармотрасль, по мнению Артемьева, наряду с дорожной, является «самой загрязненной картелями». «Мы думаем, что 80%, даже 90% торгов имитируются и проходят в системе сговоров», — сказал глава ФАС.
В начале января 2018 года начальник Управления по борьбе с картелями ФАС Андрей Тенишев рассказал на пресс-конференции, что некая крупная фармкомпания, используя подставные юрлица, побеждала в тендерах, предназначенных для малого и среднего бизнеса. В ходе проверки у ее менеджеров обнаружены несколько десятков ключей для участия в электронных торгах от имени разных юрлиц. Тогда он обещал, что дело будет «обязательно» возбуждено в течение месяца. Из слайда презентации, представленной на пресс-конференции, следовало, что речь может идти об «Р-Фарме».
«Р-Фарм» – российская фармацевтическая компания. 90% акций – у Алексея Репика, 10% в апреле 2017 года купила японская Mitsui. «Р-Фарм» является крупнейшим участником рынка госзакупок лекарств, по итогам 2016 года он занял первое место с объемом заключенных контрактов 55,5 млрд рублей.
