«Такие соглашения отвечают экономическим интересам и интересам национальной безопасности США, поскольку делают фармацевтические препараты более доступными в США и укрепляют отечественную производственную базу», – говорится в тематическом документе.
Как указано в прокламации, размещенной на сайте Белого дома, для тех компаний, кто выполнит только одного условие – перенос производства в США, – размер пошлины составит 20%, но через четыре года ее все равно поднимут до 100%.
Трамп указал, что крупным фармкомпаниям отведено 120 дней для выполнения поставленных условий, а более мелким – 180 дней. Президент США принял решение пока не корректировать импорт непатентованных лекарств и сопутствующих ингредиентов, в том числе биоаналогов. Это коснется закупок для стратегического резерва активных фармацевтических субстанций.
Дональд Трамп отметил, что со своей стороны готов выполнить обязательства в ходе уже существующих торговых соглашений с Европейским союзом, Японией, Республикой Кореей, а также со Швейцарией и Лихтенштейном – пошлины для этих стран будут ограничены 15%. Он упомянул и будущее соглашение с Великобританией, для которой ставка составит 10%. Заключенные ранее соглашения, указал президент, «отвечают интересам экономики и национальной безопасности США».
В документе подчеркивается, что нынешние объемы и условия импорта фармацевтических препаратов и ингредиентов для них угрожают национальной безопасности и экономике страны, в связи с этим Трамп вынужден объявить о введении пошлин.
«Несмотря на то что США являются мировым лидером в области исследований и разработок (НИОКР) большинства инновационных фармацевтических препаратов, страна сильно зависит от импорта, что может ограничить доступ американцев к жизненно важным лекарствам в случае нарушения глобальных цепочек поставок из-за геополитических или экономических потрясений», – отмечается в прокламации.
По данным Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA), по состоянию на 2025 год около 53% запатентованных фармацевтических продуктов, распространяемых внутри страны, производились за рубежом. Зависимость от импорта особенно заметна на уровне активных фармацевтических субстанций: только 15% запатентованных из них в США производятся внутри страны.
С января 2025 года, сразу после вступления Дональда Трампа в должность, Белый дом начал последовательно внедрять механизм возврата производственных мощностей американских компаний в страну. Участники фармрынка стали реагировать и перестраивать свои стратегии. Одной из первых о планах начать крупные инвестиции объявила Johnson & Johnson. Компания анонсировала вложение $55 млрд в создание новых производственных площадок, развитие научных исследований и IT-инфраструктуры в США (подробнее – в обзоре Vademecum).
Затем администрация Трампа начала реализацию стратегии по пересмотру ценовой политики фармацевтического рынка. Так, Белый дом заключил соглашения с Eli Lilly и Novo Nordisk о снижении стоимости препаратов класса GLP-1 для лечения ожирения и метаболических нарушений.
В декабре 2025 года аналогичное соглашение было заключено еще с девятью крупными фармкомпаниями – Bristol Myers Squibb, Gilead Sciences, Merck, американским подразделением Roche – Genentech, Novartis, Amgen, Boehringer Ingelheim, Sanofi и GSK. Трамп тогда отметил, что США больше не хотят «субсидировать весь мир» за счет высоких внутренних цен на лекарства.
Отдельным условием соглашений стало обязательство компаний запускать новые препараты в США по принципу most-favored-nation – по ценам не выше, чем в других развитых странах. Требования распространяются на коммерческий рынок, госпрограммы и прямые продажи пациентам, включая Medicare. В обмен фармпроизводители получили трехлетнее освобождение от возможных импортных тарифов, о которых Трамп говорил с сентября 2025 года.
Тогда он также заявил о введении 100% пошлин для импортных лекарств, но Верховный суд США в феврале 2026 года признал решение незаконным.
Подписывайтесь на наши каналы в MAX: Vademecum и Vademecum Live
