«Предполагается, что компенсировать затраты будут во втором полугодии, основываясь на объемах оказанной медицинской помощи 2019 года и затратах на нее в первой половине нынешнего года. Но в 2019 году все лучевое лечение, например, было погружено в программу высокотехнологичной медпомощи (ВМП-II), которая ограничена квотами. В 2020 году этот вид помощи перешел в разряд специализированной и уже оплачивался системой ОМС, то есть его объемы выросли в соответствии с реальной потребностью. Значит, оно полностью не обеспечено финансами в 2021 году, а это почти половина средств, предназначенных для оказания специализированной медицинской помощи», – рассказал Алексей Беляев изданию «Доктор Питер».
Он уточнил, что пока центр никому не отказывает в лучевой терапии, но работает в убыток, и есть риск, что средства не будут возмещены полностью.
Как ранее писал Vademecum, проблема с лучевой терапией заключается еще и в резком снижении тарифов: в 23-й группе высокотехнологичной медпомощи – с 181,4 тысячи до 74,8 тысячи рублей за случай, в 24-й – с 230,3 тысячи до 169,5 тысячи рублей, в 25-й – с 280 тысяч до 225,8 тысячи рублей. В ФФОМС это объясняют «пересчетом тарифов в связи со снижением в их структуре стоимости прочих и накладных расходов», однако участники отрасли с этим тезисом не согласны.
С 2021 года оказание спецмедпомощи и ВМП, включенной в ОМС, финансируется в федеральных клиниках из бюджета ФФОМС, выделившего на эти цели 119,4 млрд рублей. При этом расчеты сделаны на основе данных 2019 года, когда у многих федеральных центров объемы закончились в сентябре-октябре.
Проблемы с финансированием и перегрузка отделений в НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова приводят к тому, что некоторых пациентов приходится направлять на лечение по месту жительства. «Назначение НМИЦев все-таки лечить редкие, сложные заболевания (герминогенные опухоли, саркомы, меланомы) либо лечить с передовыми, усовершенствованными технологиями, которых в регионах пока нет – они неподъемно дорогие для них. А если пациент приезжает к нам с колоректальным раком, лечение которого по всей стране давно уже на потоке, или с раком молочной железы, можем отказать – направляем его с нашими рекомендациями на лечение по месту жительства, когда у нас отделения перегружены или есть проблемы с финансированием. Да, до сих пор мы этого не делали – всех принимали и сейчас принимаем, закон «Об основах охраны здоровья граждан РФ», в котором прописано право выбора медицинского учреждения, никто не отменял. Но в любом случае решение принимает врачебная комиссия», – отметил Алексей Беляев.
