Прокарбазин под торговым наименованием Натулан зарегистрирован в России у итальянской Leadiant Biosciences. Дакарбазин – у чешской Pliva-Lachema, немецкой Medac, российской «Верофарм».

Прокарбазин был среди пяти не имеющих аналогов онкопрепаратов, которые Минпромторг в октябре 2020 года вызвался закупить централизованно для нужд конкретных медучреждений. Вместе с прокарбазином в списке были третиноин, кармустин, мелфалан и цитарабин. Пока правительство утвердило ввоз только 2,5 тысячи упаковок мелфалана.

Мелфалан и прокарбазин – единственные препараты, отсутствующие на российском рынке из 26 наименований, с обеспечением которыми возникли проблемы. Девять препаратов из 24 оставшихся производятся и ввозятся пока в объемах меньше необходимой потребности. Это доксорубицин, ломустин, кармустин, хлорамбуцил, этопозид, эпирубицин, митоксантрон, винкристин и цикрофосфамид, пояснила Голикова.

Вице-премьер ранее отмечала, что Минпромторг договорился об увеличении в 2021 году производства или импорта аспарагиназы, даунорубицина, импорте бусульфана, кладрибина и митоксантрона. Также в следующем году отечественные производители выпустят дженерики ломустина и третиноина.

По итогам заседания комитета регионам поручено представить в Минздрав сведения о потребности онкопрепаратов, по которым отмечался дефицит, на декабрь 2020 года и на 2021 год, а страховым медорганизациям, задействованным в ОМС, – проверить медицинскую документацию пациентов с онкозаболеваниями, получивших химиотерапию. Федеральный фонд ОМС должен будет проанализировать сведения и представить итог в правительство.

Регионам также поручено обеспечить бесперебойные поставки препаратов в больницы и аптеки, «особенно в период с 1 по 11 января 2021 года», а Минпромторгу – обеспечить производство нужных лекарств.