На этой неделе решается вопрос ценой $117 млрд: согласятся ли акционеры AstraZeneca продать шведско‑британскую компанию американской Pfizer? Если да – на фармрынке появится новый сверхгигант, крупнейшая фармацевтическая компания в мире. Если нет – переговоры придется отложить минимум на полгода. Мнения акционеров AstraZeneca разделились, однако в руководстве компании уверены, что предложенная Pfizer цена недостаточно высока.
О том, что с января этого года компании ведут переговоры о возможном слиянии, широкой общественности стало известно только в апреле. Тогда Pfizer готова была заплатить за приобретение AstraZeneca 58,8 млрд фунтов ($98,8 млрд), или 46,61 фунта за акцию. Предложение предполагало выплату 30% наличными и 70% акциями.
Генеральный директор Pfizer Ян Рид и его команда сделали на приобретение AstraZeneca серьезную ставку. Во-первых, покупка британской компании позволила бы Рfizer перенести свой юридический адрес из США в Великобританию, что дает возможность экономить до $1,4 млрд в год за счет разницы в налогообложении. Многие другие американские компании пытаются с той же целью перебраться в Европу – так, например, акционеры крупнейшей ритейл-сети Walgreens рассматривают перспективу перевода своего юридического адреса в Швейцарию в связи покупкой доли в сети магазинов и аптек Alliance Boots.
Во-вторых, покупка AstraZeneca может существенно укрепить портфель американской компании, добавив в него многообещающие онкопрепараты, находящиеся на стадии разработки.
Наконец, в-третьих, слияние с AstraZeneca позволило бы Pfizer провести масштабную реструктуризацию и уменьшить свои расходы, в том числе за счет сокращения персонала и инвестиций в разработку собственных новых препаратов.
В случае объединения Pfizer и AstraZeneca появилась бы самая крупная фармацевтическая компания в мире с потенциальной капитализацией свыше $260 млрд (сейчас лидирует швейцарская Roche с капитализацией $252 млрд). 28 апреля руководитель Pfizer Ян Рид заявил, что его компания связалась с правительством Великобритании и сообщила о своем желании приобрести AstraZeneca за $100 млрд. В своем обращении Рид подчеркнул, что объединение портфелей двух компаний принесет ощутимую пользу компаниям и приведет к укреплению британского рынка исследований в области фармацевтики. Рид сказал, что рассматривает Великобританию как привлекательное место для проведения исследований, а также для производства новых препаратов. Рид не уточнил, какие планы имеет Pfizer в отношении инвестиций и сохранения рабочих мест. Однако из-за репутации Pfizer как компании, стремящейся к сокращению расходов, намерение приобрести европейскую компанию вызвало мгновенную критику со стороны части деловых и политических кругов Великобритании и Швеции.
Вопрос быстро перешел из коммерческой в политическую плоскость: представители британской Лейбористской партии даже обвинили премьер-министра страны Дэвида Кэмерона в лоббировании интересов американской компании. Министр финансов Великобритании Джордж Осборн вынужден был сделать публичное заявление, в котором подчеркнул, что возможное слияние – «дело компаний», в котором власти будут придерживаться нейтралитета.
Одновременно с обращением в британское правительство Pfizer возобновила переговоры с AstraZeneca, однако встретилась с весьма прохладной реакцией ее руководства. Совет директоров AstraZeneca не рекомендовал своим акционерам принимать всерьез предложение американской компании о слиянии, так как «компания уверена в своих перспективах при независимом развитии» и может повысить свою рыночную стоимость, от чего выиграют все акционеры компании.
Совет директоров AstraZeneca 3 мая отклонил новое предложение Pfizer, согласно которому американцы были готовы заплатить за шведско-британскую компанию уже 63 млрд фунтов стерлингов ($106 млрд). По мнению руководства AstraZeneca, Pfizer недооценила потенциал компании, которая к 2027 году планирует удвоить свою годовую выручку. Получив отказ, Рид не сдался и начал готовить новое предложение для AstraZeneca.
Тем временем лидер Лейбористской партии Эд Милибэнд в письме премьер-министру Дэвиду Кэмерону заявил о необходимости провести расследование в отношении того, представляет ли возможное слияние AstraZeneca с американской компанией экономический интерес для страны. 14 мая Ян Рид предстал перед представителями Комитета по вопросам науки и технологии парламента Великобритании. Генеральный директор Pfizer заверил парламентариев в том, что приобретение AstraZeneca не приведет к задержке сроков создания новых препаратов, необходимых больным. Рид дал определенные гарантии британским сотрудникам AstraZeneca, однако предположил, что при слиянии объединенный бюджет R&D будет уменьшен, а общее количество сотрудников будет сокращено.
Переговоры шли без выходных. В воскресенье, 18 мая, Рид вновь связался с руководством AstraZeneca по телефону, стараясь убедить их принять новое, третье по счету, предложение, в соответствии с которым сумма повысилась до 69,4 млрд фунтов стерлингов ($117 млрд). И снова позиция совета директоров AstraZeneca осталась непреклонной.
«Это предложение недооценивает компанию и не учитывает ее превосходные перспективы, поэтому совет директоров AstraZeneca отклоняет его», – говорится в заявлении председателя совета директоров AstraZeneca Лейфа Йоханссона, распространенном по результатам переговоров. В официальном заявлении AstraZeneca план Pfizer был охарактеризован как «неадекватный, представляющий серьезные риски для акционеров и ведущий к серьезным последствиям для компании, ее сотрудников и сектора медико-биологических наук в Британии, Швеции и США».
Комментируя новый отказ AstraZeneca, Ян Рид заявил, что его компания не будет делать дальнейших попыток повлиять на акционеров AstraZeneca и увеличивать сумму своего предложения. «Мы по-прежнему готовы к содержательному диалогу, однако остается все меньше времени для конструктивного развития переговоров», – подчеркнул руководитель Pfizer. Говоря об ограниченном времени для переговоров, Ян Рид имел в виду британские законы, в соответствии с которыми AstraZeneca имеет возможность пересмотреть свое решение и согласиться на цену, предлагаемую Pfizer, лишь до 26 мая. При этом британские законы запрещают компании-покупателю, объявившей о том, что цена является окончательной и пересмотру не подлежит, возобновлять официальные переговоры о слиянии в течение шести месяцев.
Руководители AstraZeneca недвусмысленно напомнили, что ожидали от Pfizer более заманчивого предложения, основывающегося на цене в 59 фунтов за акцию. Похоже, Ян Рид и его команда, объявляя «окончательную» цену, рассчитывали на реакцию акционеров AstraZeneca, которые решат, что синица в руках лучше журавля в небе и вынудят совет директоров пойти на сделку.
Реакция рынка, казалось бы, подтвердила этот расчет Pfizer: после обнародования отказа AstraZeneca от финального предложения Pfizer стоимость акций AstraZeneca на лондонской бирже рухнула на 11%. Выяснилось, что очень многие акционеры AstraZeneca действительно делали ставку на слияние двух компаний. Представители фонда Schroders, владеющего 2,1% акций AstraZeneca, выразили разочарование «поспешным» отказом AstraZeneca и призвали руководство возобновить переговоры с Pfizer. Другой, более крупный, инвестор, пожелавший сохранить инкогнито, сообщил Financial Times, что руководство AstraZeneca совершило «грубый просчет», отказавшись от слияния с американской компанией. Акционеры AXA Investment Managers, Legal & General Group и Jupiter Asset Management, владеющие около 7% акций компании, также остались недовольны отказом AstraZeneca и фактически призвали совет директоров принять предложение американцев.
Однако другие акционеры поддержали решимость руководства AstraZeneca в отстаивании своего понимания ценности и перспектив компании. В первую очередь, за независимое развитие высказались крупный инвестор Нил Вудфорд и фонд Aberdeen Asset Management, а также шведская компания Investor AB и британский инвестиционный фонд M&G. По мнению Нила Вудфорда, падение стоимости акций AstrаZeneca показало, что акционеры, которые делали ставку на слияние с Pfizer, стремились к легким заработкам на бирже и не основывали свои инвестиции на самостоятельном развитии компании, поэтому теперь они спешат избавиться от акций. «Несмотря на это, я чувствую облегчение в связи с тем, что AstraZeneca сохранила свою независимость. Я рад и поддерживаю стойкую позицию совета директоров компании», – заявил Вудфорд. Аналитик Саввас Неофиту из Panmure Gordon & Co считает, что «еще остается возможность того, что акционеры AstraZeneca повлияют на руководство компании и убедят ее принять предложение Pfizer, однако шансы на такое развитие событий тают с каждым днем».
Автор финансового портала Breakingviews Крис Хаджес рекомендует участникам партии вернуться к игре через шесть месяцев: «Некоторые из акционеров AstraZeneca настаивают на том, чтобы стороны вернулись к переговорам незамедлительно. Но, если рассуждать здраво, до наступления августа у Pfizer нет никаких возможностей для того, чтобы повысить свое предложение. Бесперспективные переговоры лишь осложнят ситуацию. Поэтому лучший вариант для всех сегодня – настроиться на позитив и сделать передышку на лето».
Есть ли у сторон возможности и время ждать до августа? С одной стороны, других претендентов, готовых купить AstraZeneca, практически нет, поскольку мало какая из фармкомпаний сможет конкурировать с предложением Pfizer. Одним из таких немногих возможных игроков является Amgen, имеющая совместные проекты с AstraZeneca. Также покупка AstraZeneca может быть интересна Sanofi или GlaxoSmithKline, однако представители этих компаний заявляли, что не планируют приобретений. С другой стороны, как отмечает портал FierceBiotech, отсутствие солидного пакета перспективных препаратов и падение выручки ставят Pfizer в положение, когда этот фармацевтический гигант оказывается вынужденным принимать оперативные меры для улучшения своего финансового положения.
В качестве возможных альтернатив приобретению AstraZeneca аналитики называют множество вариантов: массированный выкуп акций с рынка, приобретение нескольких биофармацевтических компаний среднего размера и даже разделение Pfizer на две независимые компании… «Ясно одно: если руководству Pfizer не удастся найти выход, акционеры компании будут очень разочарованы», – отмечает аналитик FierceBiotech.
НАБИЛИ ЦЕНУ
Аналогичная история (только в несколько меньших масштабах) произошла на фармрынке в 2013 году, когда американский инвестиционный фонд Royalty Pharma пытался приобрести ирландскую фармацевтическую компанию Elan. Фонд трижды направлял Elan предложения о покупке. Первый раз, в феврале, Royalty Pharma был готов заплатить $11 за каждую акцию Elan, затем предложение было увеличено до $12,50, а в третий раз, в июне, – до $13. Таким образом, Royalty Pharma был готов заплатить за ирландскую компанию $8 млрд. На все предложения от инвестиционного фонда представители Elan отвечали отказом, аргументируя тем, что предлагаемая сумма слишком мала.
Чтобы обезопасить себя, Elan провела выкуп собственных акций на сумму $200 млн. Чтобы окончательно обезоружить Royalty Pharma, ирландцы даже обратились в суд с просьбой запретить фонду предпринимать дальнейшие попытки приобретения компании. Верховный суд Ирландии 3 июня 2013 года постановил, что Royalty Pharma не может в дальнейшем направлять новые предложения акционерам Elan.
В итоге в июле 2013 года Elan купила американская компания Perrigo. Сумма сделки составила $8,6 млрд.
СПРАВКА
Pfizer Inc – американская фармацевтическая компания, созданная в 1849 году. Pfizer специализируется на производстве препаратов для лечения диабета, онкологических и сердечно-сосудистых заболеваний. В 2009 году Pfizer приобрела конкурирующую фармкомпанию Wyeth за $68 млрд. Выручка Pfizer в 2013 году составила $51,5 млрд, прибыль – $22 млрд.
AstraZeneca – шведско-британская фармацевтическая компания, созданная в 1912 году. AstraZeneca специализируется на препаратах для лечения рака, а также сердечно-сосудистых, неврологических, психических заболеваний и пр. За последние три года компания существенно обновила свой портфель экспериментальных препаратов, находящихся на стадиях разработки и испытаний. Компания имеет исследовательские центры в Великобритании, Швеции и США. Выручка AstraZeneca в 2013 году составила $25,711 млрд, а прибыль – $2,556 млрд. По данным Thomson Reuters, 21 апреля 2014 года рыночная стоимость AstraZeneca составляла около $80 млрд, а капитализация Pfizer равнялась $193 млрд. За два месяца, в течение которых рынки бурно переживали новости и слухи о возможном слиянии двух компаний, капитализация AstraZeneca выросла до $91,144 млрд (несмотря на падение стоимости ее акций, наблюдавшееся 19 и 20 мая), а стоимость Pfizer снизилась до $186,347 млрд.